Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
Союз Писателей Москвы  

Журнал «Кольцо А» № 68




Александр КИРНОС

Foto1

 

Родился в 1941 г. Окончил Военно-медицинскую академию в Ленинграде. Военный врач-хирург. После демобилизации живет и работает в Москве. Автор книг стихов и прозы: «Дорога к храму» - «Медиум», Москва, 1994г., «Поговорим» - «Кахоль лаван», Москва, 2010г. «Мидреш» - «Кахоль лаван», Москва, 2011г. «Тыча» - «Зебра-Е». С 2004 года издатель и соредактор альманаха «Складчина». С 2011 член Союза писателей Москвы. Стихи и рассказы печатались в литературных альманахах России и Израиля.

 

 

МАНИНЫ ИСТОРИИ

 

 

*  *  *

 

Жила была девочка Маня

Носила цветочек в кармане.

Спросите, какой? Спросите, какой?

И я Вам скажу: голубой.

 

А Манина мама, чудачка,

Однажды купила собачку.

И Вы догадались, какую?

Конечно же, голубую.

 

А бабушка, Манина, Тина,

Ужасно любила картину,

Где домик над светлой рекою

Дышал тишиной и покоем.

 

Втроём они жили на дачке,

С цветочком, картиной, собачкой.

И дачка, я это не скрою,

Конечно, была голубою.

 

А в речке медового цвета

От зноя спасалося лето,

И в омута чёрном оконце

Всплывало подсолнухом солнце.

 

За пойменным лугом темнели

Прохладною зеленью ели,

И медные всполохи сосен

Пугали ненастную осень.

 

Над речкою этой, над лесом,

Над лугом, над пойменным плесом

Бездонная чистая синь

Безмолвно взывала: спаси…

 

Спасибо за жизнь и за счастье

Принять в этой жизни участье.

Картина, цветочек в кармане,

Собачка и девочка Маня.

 

 

СОЛНЫШКО

 

Это было очень давно. Говорят, что сейчас еще живут люди, которые видели все это своими глазами, но я таких не встречал. А мне это рассказывал мой дедушка, а ему – его дедушка, так что все рассказанное здесь, конечно же, правда.

Он родился в городе К. Ах, как им гордились его родители, и какой он был красивый! Красные колёса, чёрные лоснящиеся бока, серая труба, а какой задорный голосистый был гудок, такой уу-у-у, а иногда вот так у-у-уу. Правда, здорово!

Вы спрашиваете, о ком я рассказываю? Неужели я не сказал? Ну, конечно же, это был… да вы и сами догадались, да… паровозик.

Он был добрым, сильным и смелым, во всем помогал взрослым, быстро рос (паровозики, особенно добрые, вообще, очень быстро растут) и стал стройным и могучим паровозом. Звали его Солнышко.

 Действительно, когда он мчался с тяжелым грузом, весело посвистывая на полустанках и победным уу-у-у приветствуя города, рассеивались тучи, прекращался дождь, и даже отъявленные зануды и плаксы улыбались.

 Вы, наверное, не верите, я и сам не верил, но дедушкин дедушка говорил, что это правда. А он рассказывал только правдивые истории.

«Солнышко» все любили. И машинисты, и кочегары, и составители поездов, и путевые обходчики, и ремонтные рабочие.

Даже важный, толстый начальник Станции с красным околышем на фуражке откладывал свои важные преважные бумажные дела и выходил на перрон, чтобы полюбоваться на него, когда он мчался мимо.

Так и шло время. «Солнышко» возил лес, уголь, зерно, лошадей и был счастлив. Ведь он был нужен, а что может быть лучше этого.

Но однажды его друзья машинисты пришли утром хмурые и не улыбнулись ему, как всегда. И он услышал новые слова: война, фронт, мобилизация.

Оказывается, враги объявили нам Войну, и нужно было защищаться, и, конечно, Солнышко пошел на фронт добровольцем. Он возил солдат с ружьями, и пушки, и снаряды, а с фронта вёз раненых.

И оказалось, что на Войне совсем не весело, а опасно и даже иногда страшно, потому что вокруг стреляли, все горело, многие люди, и не только дети, но даже и взрослые плакали. И еще он видел разбитые паровозы, а однажды на его глазах погиб его друг паровоз «Вихрь». Он наехал на мину и подорвался.

Работа, которую Солнышко делал на войне, была трудная и неприятная, но тоже нужная. И хотя Солнышко уже не был так счастлив, как раньше, но он знал, что выполняет долг, и гордился этим.

А потом началось что-то совсем странное. Враги отступили, но перессорились друзья. Они разделились на правых и левых, и начали спорить и кричать друг на друга.

А потом они разделились на красных и белых, богатых и бедных и начали стрелять друг в друга, а иногда появлялись какие-то зелёные и чёрные и стреляли во всех  сразу. Говорили, что это снова война, только гражданская.

Жить стало совсем грустно. А разве может быть весело, когда не просто ссорятся, а воюют друг с другом твои знакомые и друзья, и все вокруг кричат, что надо делать выбор.

Солнышко не мог выбрать, ведь он любил всех. Но решили без него и за него. Его одели в тяжелые броневые щиты, поставили пушки, сказали, что он теперь не просто паровоз, а бронепоезд. Случилось так, что вначале он был у «белых» и его назвали «Орлом», потом у «красных» и его назвали «Ревмиром», что означало революционный мир.

Он делал, что приказывали, стал молчаливым и угрюмым, часто останавливался, и тогда механики суетились вокруг, меняли какие-то детали, не понимая, что у него устала душа, а разве можно весело мчаться с усталой душой. Ни у кого это не получается, не мог и он.

И однажды его загнали в глухой тупик на дальней станции. Мелькали годы, шли дожди и снега, он ржавел, и никто не смог бы узнать в этом дряхлом старике общего любимца Солнышко.

В угольном баке жили галки, в кабине машиниста поселились вороны, иногда прилетала вертихвостка сорока и быстро тараторила: «р-р-революция, импер-р-риалисты, кр-р-расная ар-р-рмия, вр-р-раги нар-р-рода, либер-р-рализация, пр-р-риватизация». Но разве можно верить тому, что приносит на хвосте сорока.

Прошло очень много лет. Как-то в глухой тупик на дальнюю станцию пришли люди и очень удивились. «Смотрите, - сказали они, - паровоз, настоящий паровоз. Правда, ржавый и побитый, но совсем, совсем настоящий. Давайте отремонтируем его и подарим детям. Пусть у них будет своя железная дорога».

Так и сделали. И когда его отремонтировали и покрасили, нашлись люди, которые вспомнили, что когда-то его звали Солнышко. А вокруг смеялись и радовались дети. И кондукторами, и машинистами были мальчики и девочки, и даже самым главным начальником была девочка.

Солнышку стало так тепло и хорошо, что он радостно и громко пропел у-у-уу, к нему прицепили настоящие пассажирские вагоны, все дети сели, и он сначала осторожно, а потом все быстрее и веселее помчался вперед. Вот это был праздник! Дети пели, колёса стучали, семафоры открывали удивленные зеленые глаза, а на станции ждали счастливые мамы и папы. Солнышко и дети подружились сразу и на всю жизнь.

Они и сейчас вместе. Дедушка рассказывал мне, как туда проехать, но я тогда еще не умел писать и не записал, а потом забыл. Но если ты не ленив, любишь родителей, умеешь дружить, ты, конечно, найдешь Солнышко и подружишься с ним. Вам будет очень хорошо вместе.

Честное сказочное.

 

 

ПРО ВСЁ СРАЗУ

 

Вы даже не догадываетесь, какая разная память бывает. Вот Катя, например. Она сразу запоминает, что нельзя. Ей только один раз Марь Ванна сказала: «Катя, на подоконник нельзя залезать», - и Катя сразу запомнила и больше при Марь Ванне не залезает.

А Вадик, так он, вообще, просто удивительный. Он помнит все, что нельзя, что можно и даже что нужно. Сидят все, рисуют, а Вадику выйти захотелось. Он руку поднимает и спрашивает: «Можно мне выйти, потому что мне очень нужно?». И все говорят: «Ах, какие дети в этом детском саду воспитанные!» А у них просто память хорошая.

А вот у Мани память плохая. Маня никак не может запомнить, что можно, а что нельзя. И поэтому, когда она дома, она делает всё, что хочется, а когда в садике, на всякий случай не делает ничего.

И поэтому дедушка считает, что она избалованная девочка, а воспитатели говорят, что она дисциплинированная, только какая-то застенчивая. Правда, сама Маня думает, что она устенчивая, ведь она любит стоять у стенки, а не за стенкой.

Смотрит на Катю и Вадика и удивляется: откуда они знают, что можно, а что нельзя. Вот дома, когда обедаешь, так здорово на диване сидеть. Можно немножко поесть и немножко полежать, и даже ноги задрать к потолку. Ведь можно! А дедушка говорит, что нельзя, и на диване есть не разрешает.

Маня просит:

- Давай я еще разочек только посижу.

- Нет, - говорит дедушка, - ты вести себя не умеешь.

- Так это в прошлый раз было, - объясняет Маня, - а о прошлом не говорят. А откудова ты знаешь, как будет в этот раз, когда я сама не знаю. Ведь интересно!

А дедушке, почему-то, неинтересно. Маня, правда, догадывается, почему. Наверное, у дедушки память еще лучше, чем у Кати и Вадика. Он, наверное, помнит не только, что можно, что нельзя и что было вчера, но и что будет завтра.

Мане даже жалко дедушку. Ведь когда помнишь все и назад, и наперед, жить очень скучно.

Правда, иногда Мане кажется, что дедушка просто придумывает, а потом по его придумкам все так и получается.

Вот недавно ходили они все вместе в лес, развели костёр, и Маня тоже собирала шишки и палочки, и костёр действительно разгорелся, и дедушка положил в ямку под огонь картошку прямо в кожуре и сказал, что получится печёная картошка. Маня очень удивилась, откуда он знает. Но картошка действительно испеклась и была очень вкусной.

А рядом жгли костёр мальчишки, и Манина бабушка  пригласила их и угостила картошкой.

- Ее надо натыкивать на палочку и отлупливать кожуру, - объяснила Маня.

Картошки было мало, и Маня волновалась, что на всех не хватит, но бабушка сказала, что обязательно хватит, что когда делишься, всегда хватает. Даже одну картошку можно разделить на пятерых, и всем будет хорошо, а если забрать все себе, станет совсем скучно. И, действительно, разделили картошку на всех, и всем хватило, и было весело.

Дедушка еще сказал мальчишкам, чтобы они не забыли потушить костер, а то лес загорится, а они сказали, что потушат по-пионерски.

Как это? – удивилась Маня, а бабушка объяснила, что у каждого мальчика есть свой фонтанчик, ими они и потушат.

И когда шли домой, Маня думала обо всем сразу. И что хорошо быть мальчиком – костёр потушить можно; и что дым глаза щиплет, но зато, когда дым, комары не кусачие; и что делить очень интересно; и что, если каждый день что-нибудь учиться делать, можно стать волшебником, но это нестрашно, все равно всего не узнаешь.

Бабушка вон какая взрослая, а все время учится. Сейчас она учит иностранный язык и не всегда может прочитать слова, а Маня подбежит, перегнется через стол и сразу прочтет. Бабушка смотрит на нее и говорит: «Ду-у-рочка моя», - а глаза у самой смеются, и из глаз во все стороны яркие огоньки, как из костра. И Маня тоже хохочет, потому что знает наперед, что она еще и солнышко любименькое, и мурзик.

Так что, наверное, у Мани с памятью все не так уж и плохо. А ты, дружок, как думаешь?

 

 

ВМЕСТЕ О РАЗНОМ

 

- Ты что сейчас делаешь? – спросила Маня.

- Думаю, - ответил дедушка.

- А можно я с тобой буду думать?

- Конечно.

- А о чём ты думаешь?

- О разном.

- Сказку придумываешь?

- И сказку тоже.

Я тоже буду думать о разном, - решила Маня. И она стала думать про Макдональдс. Как там красиво и какие вкусные котлеты с таким смешным названием – Гамбургер, а ещё мороженое и разные соки.

И Мане стало грустно. Ведь в Макдональдс она ходила с папой. Маня любит папу. Он весёлый и добрый, но живёт в другой стране и домой приезжает редко. Раньше Маня вообще не могла понять, зачем нужны папы. Вот и Катя не понимает и Вадик.

Ведь детки растут у мамы в животике, а потом с ними всё время мамы сидят или бабушки, а папы или приходят поздно, когда уже спать надо, или уходят совсем рано, когда ещё спишь. А некоторые живут в другом доме или даже в другой стране.

Но Маня всё равно рада, что у неё есть папа. Они вместе бегают наперегонки, и он так высоко подбрасывает её в воздух и ловит, и усы у него так смешно щекочутся. А когда он сажает её на плечи, и они идут по городу, она выше всех тётей и дядей. Нет, всё-таки здорово, что есть папа.

Мама раньше была его жена, а теперь нет. И ещё мама бабушкина дочка. Это очень странно. Мама оказывается и мама, и дочка и ещё жена. Непонятно совсем. Взрослые всё так запутывают. Вот дети зовут друг друга по именам. Есть Катя, Вадик, Лёша  - и всем всё ясно.

А взрослых надо звать тётя Ира, бабушка Лина, а воспитателей в детском саду надо вообще звать по имени – отчеству: Марь Ванна или Вера Петровна. А как узнаешь, кто тётя, кто бабушка, а кто воспитатель. Трудно очень.

- А отчество, это что? – спросила Маня.

- Отчество - это имя папы, объяснил дедушка. - Вот у тебя папу зовут Коля и тебя, когда вырастешь, будут звать Марией Николаевной.

Маня вздохнула. Всё ещё только больше запуталось. Рожают мамы, а зовут по имени папы. Но потом Маня догадалась, что это очень хорошо придумано, потому что кто её мама и так понятно, а кто папа, по отчеству и можно узнать.

Но всё равно с взрослыми очень трудно. По десять раз приходится одно и то же говорить, а они всё равно не понимают. Вот вечером всегда ведь интересное самое, а дедушка говорит, что надо идти спать. Сам пишет, бабушка читает и, пока Маня спать будет, она всё прочтёт, а он всё напишет. И это всё без неё.

Маня объясняет, что не хочет спать, а её всё равно укладывают. И даже если заплакать, всё равно не поможет, потому что дедушка говорит, что Москва слезам не верит.

Маня устала думать и посмотрела на дедушку. «Почитай, что ты написал», - попросила она. И оказалось, что он записал всё, о чём она думала. Догадываетесь, почему? Потому что Маня быстро думает, а дедушка быстро пишет. Вот рассказ и получился.

А вы тоже попробуйте думать вместе о разном. Знаете, как интересно.

 

 

БУРАНЧИК

 

Это было совсем недавно. Я видел всё своими глазами, даже один раз разговаривал с той самой девочкой, и то, что я вам сейчас расскажу, самая правдивая правда. Правдивей не бывает. Если не верите, можете спросить у Кати. Катя – лучшая Манина подруга, они ссорятся всего пять раз в день, а мирятся гораздо чаще, и еще Катя не то что врать, а даже выдумывать не умеет. Приходит она в детский садик и говорит: «Послевчера мы с моим Зайчиком и Ласточкой весь день мышов ловили. Знаете, как трудно. Устали очень. Мама сердилась, а мы все равно молока ни капельки не выпили. Вот». Все, конечно, удивляются. Не тому, что послевчера ловили, это, понятно, оговорка вышла. Катя, наверное, хотела сказать послезавтра или позавчера. И не тому, что Катя молоко не пила, хотя она его очень любит. А удивляются тому, что мышей ловили Зайчик и Ласточка. Вадик  Кате говорит: «Выдумываешь ты всё». А Катя вовсе не выдумывает. У неё есть котик и кошечка. Котика зовут Зайчик, а кошечку Ласточка. Вот так! А вы говорите. Маня, а эта история случилась как раз с ней, меня спросила: «А откудова ты знаешь?» - а я в самом начале объяснил, откуда я знаю. Так что слушайте. Маня вообще-то ходит в детский сад, а живёт с мамой, но это не главное, а главное то, что у Мани никогда не было ни кошечки, ни собачки, даже попугая не было. Но зато у Мани был Буранчик. Знаете, такой симпатичный, круглый, блестящий, ужасно любопытный, а уж чистюля такой, что вы и представить не можете. Только увидит где-нибудь пылинку или соринку, или бумажку какую-нибудь, сразу вытянет свой длинный, предлинный хоботок, фью-и-ть и … проглотил. Догадались? Конечно, это был пылесос и Маня с ним очень дружила. И, знаете, почему? Маша очень любила разбрасывать вещи, она всё разбрасывала. Например, она любила вырезать из бумаги всякие фигурки, а бумажки бросала прямо на ковёр. А Буранчик очень любил собирать мусор, он скучал, когда было чисто. Так они и жили. Маня сорила, а Буранчик убирал, и обоим это ужасно нравилось. Правда, это не нравилось маме, но взрослые иногда бывают такими скучными. Но однажды любопытный Буранчик засунул свой хоботок в самый дальний угол и проглотил…. Что? Как вы  думаете? Никогда не догадаетесь. Буранчик проглотил копейку, и она зазвенела у него в животе, как серебряный колокольчик. Вы бы видели, как заважничал Буранчик. Он совсем перестал пылесосить, весь день лежал посреди комнаты и гордился. Бумажек уже набралось полкомнаты, а он всё гордился. Даже Мане весь этот мусор надоел, она и вырезать перестала, просит: «Буранчик, давай уборку сделаем». А он ей говорит: «Ты что? Не понимаешь ничего? Я теперь богатый. Что захочу, то и куплю. Богатые и не работают вовсе».

- А что они делают – спросила Маня.

- Что делают, что делают? Что захотят. Отдыхают, в кино ходят, ничего не делают.

- Ой, как скучно, - вздохнула Маня. – Ну, хватит, Буранчик, давай снова дружить.

- Ни за что! – возмутился Буранчик. Они бы, наверное, ещё долго ссорились, но тут пришла мама и сразу включила пылесос. К её удивлению, он не работал. Мама открыла пылесос и ахнула, он весь доверху был забит мусором. Ни слова не говоря, она вышла на лестницу и вытряхнула мусор в мусоропровод. Ладно бы мусор, но ведь там была и копейка! Ой, что случилось с Буранчиком! Он весь задрожал, бросился в комнату и быстро, быстро начал пылесосить. Может быть, он надеялся найти денежку, а, может быть, ему стало стыдно.  Кто знает? Он пока не разговаривает с Маней. А Маня тоже изменилась. Ей почему-то стало казаться, что дружба с Буранчиком была не совсем настоящая. Маня теперь сама убирает за собой, помогает маме. А вчера ночью ей приснился страшно интересный сон. Но это уже другая, хотя тоже очень правдивая история.

 

 

ПРО ЛЁШУ И КВАКА

 

Знаете, что у нас вчера случилось?

Лёша, -  вы не смотрите, что ему всего четыре года, - он очень самостоятельный, так вот, Лёша упал в пруд. Все, конечно, ужасно разволновались, особенно, женщины.

 Одна тётя говорит: «Он, наверное, перегрелся и у него случился солнечный удар», - а другая сказала: «Что вы, вовсе нет, я видела, он сам в пруд бросился, он просто очень балованный ребёнок».

Мама взяла Лёшу на руки и унесла домой. Она испугалась, что он простудится и заболеет. Вызвали доктора, и вот ему-то Лёша всё и рассказал.

Оказывается, в пруд упал вовсе не Лёша, а лягушонок. Он был совсем маленький и Лёша испугался, что он утонет или его съедят рыбки, и кинулся его спасать.

- Какие рыбки? - спросила мама, - не было там никаких рыбок.

- Ты не видела, - ответил Лёша, - они уплыли, потому что испугались котика.

- Какого котика? – ещё больше удивилась мама, - не было там никакого котика.

- Был, - сказал Лёша, - такой маленький, чёрненький, а на лапках белые носочки. Он просто на дерево залез, ведь за ним щенок погнался.

-  Какой щенок? - совсем возмутилась мама, - Не было там никакого щенка.

- Как какой, - возразил Лёша, - лохматый, лопоухий и шерсть колечками.

- А куда же он делся? – спросила мама.

- А он громко лаял и разбудил ворону Карру, а она разозлилась и каркнула, что заклювает его, вот, он и убежал.

- Ну, ты и выдумщик, - вздохнула мама.

Но тут все посмотрели в окно и на верхушке самой высокой сосны увидели большую ворону.

- Вот, всё и разъяснилось, - сказал доктор, - вовсе Лёша не балованный, а совсем даже наоборот, добрый и храбрый мальчик. Просто он не знал, что лягушата умеют плавать и дружат с рыбками.

Все очень обрадовались и рассмеялись, и Лёша вместе со всеми. А потом пошли к пруду и, в самом деле, увидели лягушонка, а Лёша показал, где плавали рыбки, и куда убежал щенок, и сосну, на которую залез котик, а ворона открыла один глаз и подтвердила: «Кар-р, кар-р, пр-равда, пр-равда».

Все очень удивлялись, как это они ничего не видели, а Лёша такой наблюдательный, но, если подумать, то ничего удивительного в этом нет. Ведь взрослые смотрят только за детьми или разговаривают друг с другом, а дети смотрят, куда глаза глядят, вот и замечают всякие интересные вещи.

Лягушонок  Квак живёт в пруду, предупреждает рыбок, когда приходят рыбаки, и рыбки прячутся. Щенок Авчик, когда Карра просыпается и улетает по своим делам, лает на сосну, где прячется котик Мурзик.

Хотите посмотреть сами, приезжайте к нам, подружитесь с Лёшей, Кваком, Авчиком, Мурзиком и Каррой. Пруд прямо напротив автобусной остановки. Как Карру увидите, так и выходите. Она до полдника всегда на сосне сидит.

 

 



Кольцо А
Главная |  О союзе |  Руководство |  Персоналии |  Новости |  Кольцо А |  Молодым авторам |  Открытая трибуна |  Визитная карточка |  Наши книги |  Премии |  Приемная комиссия |  Контакты
Яндекс.Метрика